Путешествие лилипута

Системе SWIFT не могут найти замену

30 марта 2018 г.

В Вестминстере вчера и сегодня обсуждают механизм закрытия лазейки в законодательстве, благодаря которой клиринговые палаты лондонского Сити помогают подсанкционным российским банкам выпускать евробонды — за один только март их выпущено на $4 млрд. Британия готова купировать зависимость России от иностранных инвестиций. Эту брутальную терапию в плане лечения Москвы от «дела Скрипалей» — называют мягким вариантом отключения банковской системы от SWIFT. Но ситуация такова, что о мягких решениях можно только мечтать.

«Мы шли к отеческим гробам
А тут бедлам»

Автор этих строк еще 19 сентября 2014 года отключение России от SWIFT назвал «безумием» и фактическим развязыванием войны. Экс-министр экономического развития Алексей Улюкаев теперь сидит, а SWIFT-изоляция, как крайняя мера «холодной войны» 2.0, вновь стоит на повестке дня. Её перспективы обсуждают теперь самые осторожные политологи, вроде председателя президиума Совета по внешней и оборонной политике, главреда журнала «Россия в глобальной политике» тишайшего Федора Лукьянова. В эфире Business FM он оценил этот сценарий эскалации как вполне реалистичный (и это при том, что алармистом Лукьянов никогда не был).

О том, что логика санкций может привести стороны к «последним аргументам», говорилось в докладе аналитического отдела Агентства кибербезопасности «Богчейн. Зачем Путину криптовалюта», опубликованном 13 сентября прошлого года (прямая ссылка на pdf). Мы не могли, конечно, предвидеть британские гастроли «Новичка» и связывали ампутацию SWIFT с процессом свертывания интернет-свобод накануне зачистки финансового поля под инвариативный крипторубль. Но клоуны разъехались, а цирк остался зимовать. Госдума ломает о крипторубль передние резцы, выбив себе пару лет «академки» и два десятка миллионов рублей на ликбез, а Скрипали — в реанимации, однако разговоры и последствия — те же. И сравнимы они с урановыми «малышом» и «толстяком», до которых допрыгалась в своё время Япония — еще один экстравагантный политический танцор.

Особенный мальчик

Поэтому с октября АКБ отслеживает корпус альтернатив стандарта SWIFT. Оставляя за скобками экзотичную архаику (в аналоговом 2014 ЦБ еще подумывал перейти на систему «Банк-Клиент», факс и (sic!) телекс), ЦБ концентрируется на СПФС — собственном Сервисе по передаче финансовых сообщений. Никто не скрывает, что создается он как запасной аэродром, параллельная инфраструктура на случай обострения отношений с западными партнерами. Поэтому, за 2017 год к системе по своей воле не присоединился ни один банк. Чтобы выйти из стагнации ЦБ с 15 марта снижает стоимость одного пересылаемого сообщения с 1,5 руб. до 0,8 руб. и открывает Систему не только банкам, но и крупным компаниям. По состоянию на 1 марта 2018 года в СПФС загнано 402 участника. Баги Системы, делающие её недорослем на фоне SWIFT, тоже на месте. Здесь очень любят спать и обедать — СПФС не работает в ночное время (с 9 вечера до 7 утра), не работает по праздничным и выходным дням, запрещает перевод средств за рубеж, не позволяет отправлять массовые реестры в составе одного сообщения, имеет избыточно жесткие требования по криптографии. Как сказал АКБ высокопоставленный сотрудник профильного комитета Госдумы, это замена бриллианта Буччеллати осколком от бутылки «Буратино».

У Системы с тех пор было два промежуточных состояния. Сначала предлагалось обручить с защищенными каналами связи сети КОМКОР-Банка, снизив риски обмена информации через интернет. Но к лету 2017 года в ЦБ вспомнили, что помимо хорошо себя зарекомендовавших почтовых голубей, пневмопочты, факса и телекса существует технология распределенного реестра блокчейн. И 12 июля анонимный источник в руководстве банковского регулятора сообщает Насте Алексеевских («Известия»), что принято решение перевести СПФС на блокчейн Ethereum. Он оговаривается: мы на это надеемся.

Смертельно живые

Конечно, нужен Бутерин. И срочно. Подход к нему был найден через гораздо более доступного для российских госчиновников члена набсовета Ethereum Foundation Владислава Мартынова (нюансы кремлевского либертанго с Бутериным изложены в докладе «Богчейн» по ссылке выше). Вокруг Мартынова образуется свита из людей, близких к ФСБ с одной стороны (Григорий Маршалко & Co.), «Физтехпарка» (Сергей Ручьев) — с другой, Госдумы (Анатолий Аксаков) — с третьей. Каждый тащит блокчейн Ethereum в свою сторону, пока не появляется советник президента Сергей Глазьев, и в итоге, 2 июня 2017 наш гениальный дрищ в тишотке с коротким рукавом получает аудиенцию с Путиным на полях ПМЭФ — то есть, напомним, за месяц до интервью анонима из ЦБ «Известиям». Содержание разговора с президентом не разглашается, но сейчас можно уверенно сказать, что темой стал не гипотетический сценарий перехода всей финансовой системы России с фиата на крипту, а более приземленный и осуществимый вопрос обкатки модной технологии блокчейн на СПФС, для которой перераспределенные реестры стали бы спасением от врожденных признаков слабоумия.

Центробанк в «эфирной» эйфории, вновь Виталика кружат в диком танце, он уже начинает жевать чак-чак и совершать странные вояжи, вроде прогулок по кабельным заводам, пока, наконец, не сталкивается с «сапогами» и жестью бюрократического «нет». И щуплый гений проявляет характер. Пляску смертельно живых он заканчивает довольно быстро. Уже 17 октября в твиттере программист характеризует идеи «национального блокчейн» и «государственной криптовалюты» ёмким словом heck — синтезом слов Hell (ад) и Fuck, то есть, по-русски, примерно «блад». Можно предположить, что именно в октябре семнадцатого он впервые понял мотивацию родителей, в своё время покинувших СССР.

От Ильича до Ильича

От такого «блада» ЦБ вешает клюв. Они явно переоценили собственное обаяние и недооценили тяжесть ног в бюрократическом бетоне. Ethereum закрыт для госпрограмм, репутационные потери Виталик оценивает выше сомнительной (с личным состоянием в $500 млн, по оценке Forbes от 6 февраля 2018, выгоды. ЦБ решает действовать самостоятельно и, заручившись поддержкой президента, поднимает на уши дремлющую Госдуму, поскольку ни одной законодательной нормы криптономики не выработано, а сиволапые дядьки Охотного ряда все еще переспрашивают: «блок чего, сынок?».

На блокчейн прокачку депутатских мозгов бросают преданного человека из вузовских. Начинается то, что внутри назовут «марафоном Яна Ильича». 16 марта 2017 года из близкого к Кремлю центра Rethinking Russia на Охотный ряд эвакуируют 35-летнего Яна Ильича Ваславского. Возглавив в этот день Экспертно-аналитическое управление, мужчина активировал лихорадочный поиск хоть каких-то смыслов.

 

Ян Ильич Ваславский — из города Брежнев, в котором родился 3 марта 1983 года. В 2004 заканчивает Московский государственный лингвистический университет по специальности «Международные отношения», а в 2007 защищает диссертацию на факультете политологии МГИМО(У). К Яну начали присматриваться после грамотно проведенного Делового саммита АТЭС, где он работал программным директором. Последним местом работы до ГД стал международный аналитический центр Rethinking Russia. Рашу переосмысливать он продолжил в новых декорациях 16 марта 2017, получив в подарок на день рождения (это является предположением автора, сарказмом и гиперболой — всем чем угодно, но не фактом) обновлённое Экспертно-аналитическое управление. То есть, мозги нижней палаты.

 

15 сентября, осмотревшись, Ильич размещает на Госзакупках исследование цифровой экономики за 7,69 млн руб. Этого показалось мало и уже 19 сентября появляется лот на всесторонний анализ «модальности адаптации» цифровой экономики. Модальность съедает еще 2,49 млн руб., но в данном случае можно было не демпинговать, учитывая, что никто не понимает ни единого слова. Ни в техническом задании, ни в описании заявки. Ход не новый — встроить модальность (в данном контексте это «способ» и «вид») для слабонервного читателя. Написав «способ», Ян Ильич снизил бы пафос затеи. Анализ международного опыта и способов адаптации к российским реалиям — слишком просто. Немного онтологической экзистенции пойдет заявке к лицу.

Пока Госдума ищет модальность выхода из смысловой аскезы (см. таблицу), дебильноватый наш аналог SWIFT кувыркается в юридическом вакууме. А Ян Ильич, судя по частоте блокчейн тендеров, слегка охладевает к теме, он уже тратит сопоставимые суммы (2,99 млн руб.) на всесторонний анализ поведения золошлаковых отходов, как будто отлученную от SWIFT Россию после долгих раздумий решено просто затолкать в печь. В общем, блокчейн университет на Охотном ряду остается, видимо, на второй год. И на этой академической дистанции даже поворотов нет — нечего и негде срезать, все идет по какому-то своему плану.

План Маршалко

В этом плане есть свои пушеры и свои грузила, есть фидерные клетки, питающие то, что уже и так накушано, вроде Вадима Маршалко, бывшего руководителя секретариата Володина, которого 9 января этого года назначают заместителем руководителя Аппарата Госдумы. Маршалко имеет очень мощный тыл — помимо того, что это фигура Володина, он связан родственными узами с «нашим человеком в блокчейне» — руководителем рабочей группы 4.2 «Безопасность технологий цепной записи данных и распределенных реестров» в составе Технического комитета «Криптографическая защита информации» (так называемого ТК 26) Григорием Маршалко. И сам Григорий Маршалко, и все руководство ТК 26 — кадровые сотрудники ФСБ. В России вообще тема блокчейн технологий приватизирована Лубянкой, каждая клетка экосистемы напрямую подчиняется офицерам ФСБ. И причина — в приставке «крипто». ТК 26, как указано на стильном брутал-сайте, курирует все вопросы, которые могут быть отнесены к ограниченной, секретной информации, либо же — к государственной тайне. И зная любовь Новейшей Византии к туману, можно смело констатировать: блокчейн в России под надежным щитом. Спецслужб. А там клетки из живых становятся фидерными — неспособными к делению и подставляющими артерии клыкам изголодавшихся по «бладу» альфа-самцов.

Няньки криптономики

Итак, Ян Ильич Ваславский, закачивающий блокчейн стероиды в нативное депутатское тело, закопался в килограммовых отчетах, которые налогоплательщику обошлись в 17,2 млн руб. Исходя из общего объема аналитики (576 страниц А4), каждая страница текста приносит авторам 29 875 руб. без откатов (почему бы, кстати, и о модальности адаптации не порассуждать). Отчеты ложатся на стол Мартину Шакууму, председателю Экспертного совета по законодательному обеспечению развития финансовых технологий, и главе Комитета по финансовому рынку Анатолию Аксакову. И все бестолку. Сплошная тщета, тоска и интеллектуальная зигота. Все, что талдычится на Охотном ряду — это то, что паршивых майнеров выловят, пересчитают, построят шеренгами и дадут под зад. Больше никакой модернизации кроме дубины. С другой стороны тяжело дышит в затылок ФСБ с двоюродными братьями Маршалко, с заместителем начальника 8 Центра защиты информации и специальной связи ФСБ Игорем Качалиным, Василием Шишкиным (ФСБ, ИК-26) или совсем уж инопланетным гением с Лубянки Шойтовым, который на вопрос «Брат, как дела», может ответить:

как он это сделал в специальном (серия «К») выпуске Вестника ИКСИ Академии ФСБ (ссылка на pdf). И ведь все эти приятные по отдельности и, несомненно, блестяще образованные мужчины тоже не с подснежниками стоят. Цэбэшные халы (банковские тётки с причёсками), и те жалуются, что «криптомальчики сделали СПФС совсем каким-то замороченным резервом» (SWIFT — АКБ). Секреты нужно охранять, но не отрубленной же головой. Надежно, но слишком хлопотно.

Вся эта отечественная машина смысла как-то работает. Но не на результат, а на пожирание внутренних ресурсов. Её немолодая гвардия — по сути, няньки криптономики. А у семи нянек, как известно, блокчейн без глаза.

Число Бородича

Пока маховики машины, полностью починенной бюрократическому аппарату, вращаются вхолостую. Они могут только пугать околевших грачей. А на авансцене няньки трясут гамашами. Во всем этом театре абсурда никому нет ни малейшего дела до осушения болот, в которых не гром остывает, а тонут те самые младенцы новой экономики.
Создателю блокчейн платформы Universa Александру Бородичу прочили славу настоящего, не фейкового киллера SWIFT в России. Блокчейн платформа Бородича обрабатывает какое-то запредельное количество транзакций в секунду — 20 тысяч. Как указано на её сайте, это в 666 раз больше чем в Эфире и в 1000 раз — чем в Биткоине. И такие объемы решено было проверить. У директора Центра разработки инноваций Альфа Банка Дениса Додона получилось 19 тысяч. Он настолько был потрясен, что начал отдавать самому себе ёмкие приказы: «рассматривать Universa как возможную альтернативу и в промышленном применении, и как резерв SWIFT». Додон убежал к начальству с горящим глазом, и это последний свет, который видел проект Universa в России. Мрак постоянно натянутого поводка фискалов, готовых разорвать тебя, как только ты оступишься, хаос в головах относительно предмета разговора, непонятный статус, туманные перспективы сивых мужчин с мозгами Яна Ильича, все эти замглавы Минфина Алексеи Моисеевы, то предлагающие сажать на 7 лет за выпуск денежных суррогатов, то вдруг хлопающие тебя по плечу: «ну, пошутил, пошутил», весь этот, как метко пишет поэт Улюкаев, бедлам привел к тому, что с идеей утонуть в болоте некоторые решили повременить. И теперь Universa Бородича заключает контракты с правительством Малайзии, развивает свою деятельность в Китае. 6 марта предприниматель закрыл российский офис Universa, переведя сотрудников в коворкинг. Сейчас проект работает с Азией, а вслед бизнес молодости Саши летят комья грязи. И это судьба, повторяем, не одного создателя Universa, но всех пассионариев. Можно до бесконечности продолжать этот отсчет утопленников, но надо ли? Может, пересчитать по пальцам тех, кто еще смотрит на тебя с берега этой юрисдикции? Мы в рамках этого материала, попытались.

Новый мир

Лилипут в стране Гулливеров — самое достойное, что можно сказать о качестве импортозаместительной SWIFT-терапии. Ситуацию бы вытянул серьезный проект на блокчейн, но пока по длинным коридорам Госдумы не протащат за яйца последнего, перед президентским дедлайном 1 июля 2018 года, кота, можно или тонуть, или тонуть с надеждой. Главное, чтобы до дивного нового мира тут кто-то дотянул.

Отключение страны от SWIFT станет ударом, катастрофическим для банковской системы. И пока мы к нему не готовы. Но, как пошутил наш остроумный источник, выход есть — это продвигавшаяся покойным Стивеном Хокингом теория гравитационной сингулярности. В новейших уложениях космоса этой характеристикой описывается тот странный мир внутри черных дыр, который нам позарез всем нужен.

Вот там, с вывернутым наизнанку пространством и отсутствующим наглухо временем, лилипут вполне может раздавить Гулливера.

Кстати, Ян Ильич. Вы же знаете, что с этим делать, правда?